Галлюциногенные грибы прущие грибы Богданович

Значит, доехал я до своей мояшкиной квартиры, и тут прямо на столе огромная игла и дрянь. Я даже на ее морду глянул и спросил: "Че за крутая игрушка у нас тут, дорогая?". А она мне говорит: "Это эйсид, братишка, штука нешуточная!". Ну я и подумал, что пора уже опробовать новые ощущения, так что почему бы и нет?

И вот, я мужик-наркоман уже, поставился как полагается, и готов к новому витку судьбы. Все равно в театр собирался, а что там будет – я ведь не знал. Думал, что может пойду и буду скипать спектакль, но свою жизнь я все-таки решил прожить, не то что-то там пропускать.

И вот, прихожу я в театр, сижу в зале и жду начала. А тут уже начинаются трепетные ощущения, эйсид делает свое дело. Я начинаю видеть краски и звуки, которых раньше не замечал. И тут, братцы, начинается самое интересное.

На сцене я вижу танец, чувствую ритм, который заставляет меня двигаться в такт. Я становлюсь участником этого спектакля, по сути играю главную роль. Чувствую себя звездой, которая сияет на сцене и заставляет зал ломиться в аплодисменты.

Но, увы и ах, хороший наркотик рано или поздно покидает организм, и вот я уже не такой яркий и не такой танцующий. Именно в этот момент мояшкина подруга решает бросить меня на произвол судьбы и уйти с другим типом, который, как оказалось, привез барбы.

Вот так, сбитый с толку и опозорившись перед всем залом, я остаюсь один на сцене, весь в поту и визжу от музыки, которую только я слышу. Честно говоря, братцы, это был не самый лучший вечер моей жизни.

Но, братцы, я по-прежнему остаюсь наркоманом с мечтами о ярких цветах и необычных звуках. И если в следующий раз я решусь на новый эксперимент, то буду знать, что лучше сначала проверить, кем оказывается мояшкина подруга.

Капец, народ, вам рассказать, как я влетел на новогоднюю елку на площади! Вы только представьте, закладки варили, кокосика нюхали, да так, что аж кристаллы из глаз летели! И вот, решили мы со штырями залезть на елку, чтобы по-наркомански отпраздновать Новый Год.

Но сначала я должен вам чуток объяснить, что к чему. Тут у нас есть такой тип, таблетолог, он всякую хуйню глотает, да плоды грибов жует. И такой чудик решил зверецкую идею воплотить в жизнь. Этот пиздец у нас Люся LSD, душнила какая-то, всем надоебывает, ничего не понимает.

– Люся, – говорю, – давай эту хуйню организуем, залезем на елку! –

– Ну ты и чувак, косяки только в голову промышляешь, но идея кайфовая! – скажет псевдо-таблетолог.

Так вот, мы решили замутилить эту херь. Залазить на елку, сказано – сделано! Но чтобы не брякнуться и не разбиться на хуй, обязательно нам понадобились агрегаты. Короче говоря, шприцы. Побочек то гад, еще и дырающийся под окнами показывается – животное. Но без этой хуйни нам не залезть!

И вот, мы тут собрались – я, Люся LSD, несколько кокосиков и специально пришедшие таблетологи. Закладки легкие досрочно закрыли, чтобы полностью настраиваться на праздник, да и чтобы глазки не закрылись в самый неподходящий момент. Прихуячили мы еще грибов, чтобы голова точно взлетела, и, конечно, никто не забыл свои любимые душнилы – кристаллы.

Ну и вышли, сука, на новогоднюю площадь. Везде свет, гирлянды, самая настоящая атмосфера праздника. Мы стоим, скачем, смеемся, а прохожие нас как на дух не переносят. Не беда, пусть люди смотрят и думают, что мы дебилы. А мы, знаете, думаем, что они дебилы, ибо не знают, что такое настоящий кайф.

Блядь, и елку мы нашли! Стоит такая огромная, красивая, засвеченная, как будто самый настоящий космический корабль. Чувствуешь, как прям звездолет тебе отдувается. Мне уже кажется, что елка прям мне улыбается, шепчет на ушко, какая она красивая и самая лучшая. И я, пиздец, влюбился в елку!

Но что делать? Как залезть? Соши дебил, ни о чем думает, а Мамаевых нет рядом, чтобы своими знаниями посоветовать. Решили мы залезать на елку в два этапа. Первый этап – залезть на вторую ветку, а потом оттуда уже выбираться выше, как звери.

И вот, стоим мы на второй ветке и радуемся жизни, а вокруг – толпа народа, всякие душнилы, закладчики и пьяницы. Как мы потом узнали, некоторые даже специально подготовились, чтобы снимать нас на видео, чтобы потом по Минималу или Борзому показывать, что мол такие пацаны впервые на елке такое сделали.

Народ внизу смотрит на нас, а мы – как настоящие герои, наши душнилы в руках, идем выше и выше. Люся прямо кричит на всю площадь, чтобы ее слышали все: «Я руля! Я на елке, похуй на всемирный кризис!» А я, блин, просто смеюсь охуенно, потому что на самом деле я уже забыл, что умею смеяться. А тут, блядь, вдруг все вспомнилось.

Ага, и взлетели мы выше и выше, как будто на самом деле мы ракета, а не наркоманы. И когда уже мне показалось, что выше некуда, Люся проговорила самую пиздатую фразу: «Друзья, я вижу звезды!» Именно эту фразу я потом запомнил.

А дальше, блядь, начался пиздец. Я так заключил сделку с елкой, что она мне потом вся на протяжении всего Нового Года по-наркомански кипишовала. Я в крошечные звездочки влюбился, они, по-моему, даже мне улыбались. А шарики, блядь, они прямо разговаривали со мной, говорили, что я самый ценный человек на планете!

Но главное – что я ощутил полет, настоящий, как у птиц, только прикольнее и веселее. Я летел, чувствовал себя свободным, аж не верилось, что я стою на елке. И тут мне снизу донеслось: «Чувак, ты заебал, слезай оттуда!» Ага, понятно, ведь народ не понимает, что я на самом деле царь.

Ну а потом, когда уже начало брови смывать, стало понятно, что пора слезать. А оказалось, что это не так-то просто. Туда забраться – пожалуйста, а вот с козляной пиздец боль, когда решил спуститься. Ветки колят, шишки бьют по голове, а я – все смеюсь, потому что это пиздец как ахуенно. Прям мазохистский кайф.

И вот, спускаясь поуровнями, мы вспомнили, что нам нахуй не нужны душнилы, кристаллы и все остальные хери. Ведь самое главное – это кайф, который дарит жизнь. И ахуеть, сколько интересных людей внизу, а мы на них прям смотрим сверху. Теперь я понимаю, почему елка такая популярная – она нас с небес наблюдает и смеется над нашей хуйней.

Короче говоря, друзья, куры сосиски, гриб приделали, но вообще, этот Новый Год у меня получился ахуенным. Я понял, что жизнь – это настоящий праздник, а все остальное – хуета.